?

Log in

entries friends calendar profile Una Voce Russia Previous Previous Next Next
Фронтал св. Олафа (Olavsfrontalet) - весьма знаменитое… - St. Brutus' · Secure · Centre · for · Incurably · Criminal · Boys
ex- Crusade AD 2000
hithlin
hithlin

Фронтал св. Олафа (Olavsfrontalet) - весьма знаменитое изображение, представляющее собой переднюю часть алтаря и написанное на деревянных досках общей площадью примерно метр на метр. Происхождение его неизвестно, относится оно примерно к первой половине XIV века и было привезено в Копенгаген откуда-то из Тронделага в 1691 г., а в 1930 г., в ознаменование 900-летия битвы при Стикластадире, передано в Нидаросский собор, где пребывают мощи святого. Помимо собственно образа св. Олафа, фронтал содержит четыре житийных эпизода, и это один из них. Тут, видимо, изображено церковное прославление святого Олафа: один епископ окропляет его тело святой водой, а другой - помазывает елеем. Поза и обнаженное тело, прикрытое лишь набедренной повязкой, напоминают - может быть, не случайно - образ Христа, снятого с креста.

С телом святого Олафа связано столько сюжетов, что можно было бы написать отдельную сагу. Но я попробую пересказать кратко.

Олаф конунг перед последней битвой поручил заботу о телах тех, кто должен будет погибнуть, некому бонду Торгильсу сыну Хальмы. Этот Торгильс и его сын Грим подобрали тело Олафа конунга на поле битвы и перенесли в одну заброшенную хижину, а потом, когда там произошло чудо, побоялись, что его найдут и осквернят враги, и перенесли куда-то на луг и там спрятали. Однако над этим местом по ночам был виден свет, и это тоже вызывало опасение. Тогда Торгильс со своими родичами сделали два гроба, в один положили тело Олафа конунга, а в другой насыпали камней и соломы, чтобы он был таким же тяжелым. Настоящий гроб спрятали под палубой, а поддельный поставили на палубе на видное место, и в таком виде поплыли в Нидарос – это ближайший крупный город, и там послали сказать Сигурду епископу, что привезли тело Олафа. Сигурд епископ велел отдать ему тело, выплыл со своими людьми на середину фьорда и сбросил гроб в воду – только это был не настоящий гроб, а тот, что с камнями. (Если я правильно понимаю, епископов по имени Сигурд в этой истории было несколько, и в данном случае речь идет о противнике Олафа, придворном епископе датского короля Кнута Могучего). А Торгильс со своими людьми поплыли вверх по реке и там захоронили настоящий гроб на песчаном склоне, сравняв землю так, чтобы могилы не было видно. Это всё были события лета-осени 1030 года (с датой гибели Олафа у нас есть определенные проблемы, традиционно называется 29 июля, но похоже, что это было 31 августа). Зимой же Сигурд епископ «посчитал за лучшее плыть на запад в Англию к Кнуту конунгу», а зато на север Норвегии приехал давний соратник Олафа конунга – епископ Гримкель. Он-то и вызвал к себе Торгильса и Грима и, выяснив, где находится тело, выкопал его и перенес сначала к церкви св. Климента, которую действительно построил сам Олаф. Несколько позже он вскрыл гроб и нашел тело нетленным и даже с отросшими волосами и бородой. Это было спустя двенадцать месяцев и пять дней со дня гибели Олафа, то есть, действительно, в конце лета 1031 года. Гримкель епископ провозгласил Олафа святым, и, как и говорится в опубликованной недавно статье, гроб с телом конунга внесли в церковь св. Климента и поставили над алтарем. Со временем город Нидарос разросся (современное его название – Трондхейм) и стал включать в себя то место, где находилась первоначальная могила; сначала там была часовня с алтарем, а потом на этом месте разместился главный алтарь собора, который начал строить святой Эйстейн епископ сын Эрленда в 1070 году – это нынешний романский и готический собор в Трондхейме, самый северный средневековый собор на свете (сейчас лютеранский). Не вполне понятно, когда в точности гроб с телом св. Олафа был перенесен сначала в несохранившуюся соименную ему церковь на берегу реки, а потом – в собор, где его поставили за главным алтарем. Первоначальный гроб – деревянный и укрытый дорогими тканями и коврами – был накрыт сверху ракой, вероятнее всего – также деревянной, с серебряными пластинами, украшенными религиозными изображениями и самоцветами, имевшей форму крыши дома. Ее заказал сын Олафа, конунг Магнус Добрый, правивший в 1035-1047 годах. А к XVI веку всё это было накрыто еще одной ракой, теперь уже просто серебряной.

Нидаросский собор в 1700-х годах. По клику - большая картинка.

Все драгоценности собора были частью разграблены, частью потеряны в ходе реформации. Что касается раки с мощами св. Олафа, то, судя по всему, в 1537 году последний католический архиепископ Норвегии и регент королевства Олаф Энгельбректссон вывез ее вместе с другими ценнейшими реликвиями в замок Стейнвикхольм – это в том же фьорде, но поглубже – который вместе с аббатством Нидархольм должен был стать оплотом католического сопротивления лютеранскому и датскому натиску.

Однако удержать замок не удалось (в частности, вероятно, сыграло свою роль то, что мудрый владыка возвел его на острове без источников пресной воды; арх. Олаф Энгельбректссон известен среди прочего как человек, познакомивший норвежцев с водкой – но на одной водке долго не протянешь). Захватив Стейнвикхольм, датчане-протестанты разломали всё ценное и вывезли в виде лома драгоценных металлов и россыпи самоцветных камней в Копенгаген (тем не менее, в 1880-х годах при раскопках в замке нашли округленный прозрачный кристалл, возможно, относящийся к той самой раке). Внутренний же деревянный гроб их не заинтересовал и оставался в Стейнвикхольме. В 1552 году упоминается, что первый лютеранский епископ Трондхейма Ганс Гаас едет в Копенгаген, чтобы узнать мнение короля о возвращении останков св. Олафа в Нидарос, но дело, видимо, ничем не кончается. Наконец весной 1564 года в ходе Северной семилетней войны регион занимают шведы, которые переносят гроб с мощами в расположенную километрах в полутора церковь Флёан (не сохр.). Вскоре шведов выбивают, и 8 июня того же года гроб с телом святого Олафа «с великой процессией» переносят из Флёана обратно в Нидаросский собор, где кладут в выложенную кирпичом могилу внутри храма и забывают, где именно она расположена. Аминь. Ну, то есть не сразу забывают, а сначала год спустя достают, тело перекладывают в новый деревянный гроб и захоранивают в новой же могиле там же в соборе; но местонахождение как той, так и другой могилы сейчас неизвестно. Упоминается, однако, что многие присутствующие бросали в могилу золотые и серебряные монеты в честь Бога и св. Олафа. Весной 1568 года датский министр Йорген Люкке распорядился «засыпать могилу святого Олафа землей», чтобы, наконец, прекратить паломничества к ней (это на 31-м году реформации). Что имеется в виду – то ли засыпали могилу 1565 года, то ли останки святого короля перенесли в какое-то еще почти никому не известное место – неясно. Правда, в конце XX века местный католический викарий узнал, что в Трондхейме еще есть семьи, в которых сохраняется знание о местоположении могилы, но с ним этим знанием, видимо, не поделились.

Сейчас, по итогам масштабных реставрационных работ, проходивших в соборе во второй половине XIX в., рассматривается три основных версии: либо останки св. Олафа были в 1860-х годах извлечены из могилы 1568 г. и помещены в общее захоронение в северной части соборного кладбища (куда также переместили останки из находившихся в соборе захоронений послереформационного периода); либо могила, закрытая в 1568 г., остается среди средневековых захоронений, которые в конце 1800-х годов были обезличены; либо же они находились среди тех останков, захороненных до реформации, что были в том же конце XIX в. извлечены из могил и хранились в деревянном ящике в крипте, потом какое-то время в конторе главного архитектора собора, а уже в наше время вновь вернулись в крипту в запертом металлическом контейнере. Принадлежат они 14 разным людям.

При этом, вообще говоря, не исключено, что в Нидарос вернули какое-то другое тело, а не Олафа конунга. Дело в том, что от XVI века сохранилось три описания этого тела; более раннее – оно относится к 1521 году, но было записано только в 1570-х – говорит, что конунг имел бороду, архиепископ Олаф Энгельбректссон пишет, что бороды нет (вероятно, в 1536 г., когда готовится вывозить мощи в Стейнвикхольм), а в третьем описании этот вопрос вообще не поднимается. Все трое, однако, сходятся в том, что тело является нетленным. Может ли быть, что архиепископ намеренно подменил мощи Олафа конунга какими-то другими, а настоящие спрятал в замке или даже еще в соборе? В принципе, помня упомянутую выше историю с поддельным гробом XI века, мы не можем исключать подобного...

Реликварий в виде руки и сама реликвия (по клику - изображение побольше)

Единственная имеющаяся у нас на настоящий момент реликвия 1-го рода – это так называемая «рука святого Олафа», представляющая собой левую малоберцовую кость (т. е. часть ноги, а не руки), в 1862 году преподнесенная королем Швеции и Норвегии Оскаром I построенному тогда католическому собору св. Олафа в Осло. Исследования показали, что она вполне может быть подлинной по времени и антропологическим показателям (мужчина высокого для тех времен роста – порядка 180 см, выросший на «континентальной» диете – как мы помним, св. Олаф вырос в Рингерике, от моря довольно далеко, живший в районе 1030 г., участвовавший в битвах и умерший примерно в том же возрасте, что св. Олаф; причем по сохранившимся на кости остаткам мягких тканей видно, что тело мумифицировалось и никогда не было захоронено, что тоже соответствует истории мощей св. Олафа). С конца XVII века эта кость хранилась в датском музее в Копенгагене. Допускается, что она принадлежит к числу реликвий св. Олафа, которые в 1514 году затребовал из Нидароса король Дании и Норвегии Кристиан II. (При том, что арх. Олаф Энгельбректссон в своем описании мощей от 1536 г. говорит, что «тело покоилось целым, с кожею, плотью и костями, и ни один член не был отделен от прочих» – не намекает ли это еще раз на возможность того, что он описывает какое-то другое тело, которым хочет подменить подлинные реликвии св. Олафа?)

Tags: , , ,

Leave a comment